Иранцы и этногенез малороссов

Основу Черняховского населения (II-IV вв.) Подольско-Днепровского региона (от верхнего и среднего течения Южного Буга до левобережья и нижнего течения Днепра) составили местные ираноязычные племена и расселившиеся тут славяне: здесь протекал процесс постепенной славизации ираноязычного компонента. Это не препятствует заключению о том, что славяне Черняховской культуры – это не только потомки пшеворских племен, но и ассимилированное скифо-сарматское население.

С подольско-днепровской группировкой славяно-иранского симбиотического населения связывают этноним «анты», ссылаясь на его иранский характер: др.-инд. anta «край», «конец», осет. attija «задний», «позади», т. е. анты – букв. живущие на окраине, украинцы. Имеются веские основания сделать вывод о том, что потомки симбиотического славяно-иранского населения черняховской культуры – анты, приняли самое активное участие в формировании южной части восточных славян, сложившейся на основе иранского, сармато-аланского субстрата.

Данное положение подкрепляется материалами языкознания и антропологии. В лингвистическом плане прослеживается специфическое, позднее по своему характеру иранское влияние на восточнославянские языки – украинский, русский, и белорусский.

Антропологически выявляется тот факт, что славяне Среднего Поднепровья Х-XIII вв. относились к мезодолихокранному антропологическому типу и являются потомками славянизированного скифо-сарматского населения.

Скорее всего, антами славян именовали соседние иранские племена, а от них экзоэтноним анты восприняли византийцы. Ни венеды, ни анты никогда не были самоназванием славян, и лишь вторично были перенесены на них в языках третьих народов.

В письменных источниках славянской этнической номенклатуры неславянские аутоэтнонимы были характерны: хорваты (от иран. haurvata «страж скота»); северяне (от иран. seu, sew «черный»); анты – не исключение.