Предварительные замечания

>>Оглавление

Заратуштра проповедовал религию, требующую личной ответственности за разумную нравственную жизнь и преображение человеческого существования от социальной деградации к общественной гармонии. Он хотел, чтобы мы стали ЦЕЛИТЕЛЯМИ БЫТИЯ. Многие из тех, кто считает себя зороастрийцем, в основном из общины парсов, полагают, по-видимому, что этот призыв был обращен лишь к одному конкретному племени. Они считают, что если некто, происходящий от незороастрийских предков, услышав послание Заратуштры и будучи им убежден, объявит себя зороастрийцем, зороастрийская община должна будет отвергнуть – и отвергнет – такое притязание. Эта точка зрения, хотя и широко распространена, интеллектуально несостоятельна и нравственно неприемлема, не говоря уж о ее полной несовместимости с учением Пророка.

Неверность подобных взглядов мы намерены доказать, как концептуально, так и текстуально, в настоящей статье. Мы кратко изложим свое понимание данного вопроса с богословской точки зрения и приведем различные тексты, касающиеся этой темы. Наша работа не вполне оригинальна: позиция, которой мы придерживаемся, т.е. утверждение универсальности учения Заратуштры, уже утверждалась в статье, написанной в первом десятилетии нашего века учеными зороастрийскими священниками; кроме того, ее поддерживали видные западные исследователи зороастризма. Сходные взгляды высказывали в последние восемьдесят лет и некоторые прозорливые дастуры. Несколько лет назад статью на эту тему опубликовал зороастрийский священник доктор Керси Антиа.

Однако эта узколобая и ошибочная точка зрения продолжает распространяться. Мы были разочарованы недавними статьями глубокоуважаемых бомбейских первосвященников и выражаем свое несогласие с их необоснованным суждением о существовании принципа, согласно которому, ЗОРОАСТРИЗМ НЕ ПРИЕМЛЕТ ОБРАЩЕНИЯ, и далее, ОБРАЩЕНИЕ В ЗОРОАСТРИЗМ НЕЗАКОННО И НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНО (Parsiana, ноябрь 1995, стр.29-34; Bombay Samachar, 24 декабря 1995). Помимо того, что подобного принципа в нашей универсалистской религиозной системе НИКОГДА не существовало, чрезвычайно трудно понять, что они имеют в виду под «незаконным и недействительным» – какие ЮРИДИЧЕСКИЕ критерии могут здесь применяться, почему и на каком основании возможно объявить искреннее и сознательное обращение индивида в некую ДУХОВНУЮ веру «НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫМ»! Почему четко сформулированным РЕЛИГИОЗНЫМ принципам противопоставляются какие-то квазиюридические ограничения? Обращение – не пустая гипотетическая проблема, которую можно отмести с помощью пустых домыслов и дезинформации. Ее невозможно решить ни пристрастными отрицаниями, ни бессмысленными уточнениями.

Обращение, по-видимому, неприемлемо для современных парсов – и было для них неприемлемо последние 150 лет. Это социальная практика конкретной общины, для которой во время ее установления имелись разумные общественно-политические причины. Однако необходимо четко понимать, что это именно социальная практика, вызванная общественными условиями, а НЕ богословское учение.

Богословие Заратуштры, основанное на понимании вечной и универсальной Истины, благодаря которой Благой Разум дает нам возможность осуществлять в нашем бытии Праведный Порядок, имеет настолько ярко универсальный характер, что было бы совершеннейшим безумием ограничивать его принятие и исполнение одной общиной, основанной на принципе биологического родства. Получение религиозных взглядов по наследству представляет собой форму примитивного трайбализма, абсолютно несовместимого с Гатическим учением. Мы знакомы со странным мнением, согласно которому, Бог, помещая каждую душу в чрево матери из определенного племени, ожидает, что человек будет в дальнейшем исповедовать религию племени, среди которого он родился. Даже поверхностное знакомство со словами Заратуштры, неизменно подчеркивавшего важность личного суждения и личной ответственности, позволяет нам понять полную несовместимость этого взгляда с зороастризмом – не говоря уж о его внутренней абсурдности.

Мы давно знакомы с подозрительной методологией, с помощью которой предпринимаются попытки нейтрализовать предписания нашей религии касательно обращения. Авторы, отстаивающие эту позицию, оперируют хитро сочиненными выдумками, выдавая их за факты – однако реальные факты ясно доказывают их неправоту.

Нам приходилось сталкиваться с весьма жалкими попытками искажения наших текстов под видом «правильной» их интерпретации. Эти беспочвенные попытки не выдерживают ни малейшей критики; однако они не прекращаются, и создается впечатление, что это энергичное распространение лжи ведется вполне сознательно. Среди не столь известных, но особенно наглых выдумок стоит назвать полностью ложное истолкование «пяти условий» Киссеха-йе Санджана как доказательство того, что Джайдев Рана, предоставив нашим предкам убежище, потребовал от них не пытаться обращать в зороастризм своих подданных-индусов. Однако среди «пяти условий», на которые мы якобы согласились, ТАКОГО УСЛОВИЯ НЕТ.

Наша религия, в соответствии с аспектом Ахура Мазды, именуемым Благим Разумом, рациональна и в поисках Истины требует прежде всего ясности мышления. Ее тексты – от Гат Заратуштры до персидских Ривайятов – существуют более 2800 лет, и все эти годы им приходилось отвечать на религиозную эволюцию, на конфликтующие идеологии новейших религий, на непредсказуемые силы быстро изменяющейся истории. Однако понимание ее богословия позволяет нам мгновенно осознать ее универсальное значение. МЫ ПОДЧЕРКИВАЕМ, ЧТО НИ ОДИН ИЗ НАШИХ ПОЗДНЕЙШИХ ТЕКСТОВ НЕ ПРОТИВОРЕЧИТ РАННИМ, В ТОМ ЧИСЛЕ И В ИХ УНИВЕРСАЛИСТСКОЙ ЦЕЛИ: В ВОПРОСЕ О ПРИНЯТИИ ИЛИ НЕПРИНЯТИИ ОБРАЩЕНИЯ ОНИ ВСЕ ЕДИНЫ. Искажение этих текстов или попытка извлечения из них чуждых значений – злое деяние, против которого мы обязаны возвысить свой голос. Наши священники должны руководствоваться законами о религии, которым и сами они подвластны, а не темными социально-экономическими правилами, ведущими свое начало из сомнительных традиций. А громогласным приверженцам этих традиций стоило бы поучиться из наших текстов – корней и ветвей нашей универсалистской религии.